Большое интервью с В. Калабиным

— Мне показалась интересной возможность найти контакт с Владимиром посредством строк из его стихов. Это больше нащупывание контакта, нежели сам контакт… хотя я считаю нужен именно повод, чтоб развернулось действие. Таким поводом и являются строки.

Дому Вашему Мир! Взорваться радугой красной,
Донырнуть до нутра матери Терры, которая инкогнита,
Не то метро, а Другое, древнее, с Минотавром и угольщиком-мавром,
Там в шейке матки, шипящей магмы, булькает, варится нутряная водица.
Живородная царица-старица, вечномолода, не исстарится!

Ну а теперь, насупившись, подобно пророку, и посерьезнев, сообразно статусу Гуру, само собой, надувая щеки от важности:

СЛАВЯНСКИЙ ДЗЕН или вечернее размышление
о сидерическом величии тезоименитого маятника,
содержащее в себе интегрально структурированную
массу действительно настоящей, конкретно и перманентно
рабочей информации, без псевдо-эзотерических
замалчиваний, умозренческих спекулятивных наворотов
и виртуальных подстав.

В каморе кумарит Кикимора.
                          Мокро,
Как в скрыне весною.
                    Коптят образа.
Хозяин вникает в трактат Фемистокла.
Мерцает лучина.
               В лучистых слезах
В печи перетрескиваются полешки.
Тьма тянется в Тьмуторакани неспешно.
Шуршат тараканы. Мурлычет котейка.
На внутренней части бедра молофейка
Подсохла уже у Хозяйки.
                       Сквозь сон
В гекзаметрах грезится ей Иллион,
И Нос с инфлюенцией, шорох бумаги:
« В Пальмире вручил Богу душу Акакий.
Зевок притворяя усталой рукой,
Условился с ним Саваоф про покой».
А ходики с гирьками: « Тик, мол, да так!»-
Хозяин в сундук прибирает трактат:
« Такие Умища гречанки рожали!
Сподобился если б старик Патанджали
Отсюдова хоть слегонца хлебануть,
Задвинул тогда б китаезам за Путь».
Окладом поблескивает Дюжий Спас.
Моргнул домовой уголечками глаз.
Шушукаются сиротливые мыши.
Снежинки звенят в тишине еле слышно.
Из рукомойника: « Дзин, мол, да Дзен!»
Прогуливается Елена вдоль стен,
Беседуя с Фемистоклюсом  : « Цзинь!»-
В лохань.
         Дон Хуан или Дао де цзин?
Лубочной улыбкой расцвел под плюмажем
Джон Ди : « От сохи, домоткано-сермяжный,
На славу заладился сей Магистерий,
Взращен Алый Лев среди плевел и терний».
Раздвинув Хозяйке покорные бедра
Врата отворяет залупою твердой,
Взирают со стен византийские лики
С немой укоризной на столп Шива-линги.
В лампадке угадывается Авеста.
Горячей струей фонтанируют чресла.
Всклокоченный Ницше насупился грустно:
«Не так, не о том говорил Заратустра!»
Но розовощекий пузатый Ганеша
Блестит в темноте одобрительно плешью,
Хотей похахатывает благодушно,
Емеля, Балда и Левша бьют баклуши.
Стал-быть, в закромах хоть шаром покати,
Хотя, покряхтев, скребануть по сусекам,
Глядишь, и надыбаешь мучки:
                           Тольтекам,
И доморощенным Сверх-человекам
С гомункулюсным Колобком по пути.
В сугробе оброс ледянистой коростой,
Сложив час назад неподатливый лотос,
Хозяин, вперяясь в морозную высь,
(Где все Иерархии перееблись),
Беседует с Абсолютом за жизнь,
По-взрослому, Ченнелинг, это ж непросто
Ответы на всяких придурков «запросы»,
Сидеть и беседовать с Богом в сугробе,
В пролете  БабА и тибетские Йоги!
-Такой, понимаете ли, Славянский
Дзен, еп- тыть, когда б не мороз ентот блядский!
Пойду к огоньку подымать Кундалини,
Хозяйка заждалась, поди, на перине.
Бред Пит в Ахиллесовой шкуре не лучше,
Чем Гэндальф, пытающийся бить баклуши.
А Виктор Пелевин и Экзюпери
Уютно воркуют в районе груди,
Куэльо, а следом за ним Ричард Бах
Облюбовали себе теплый пах.
На сидерический пялясь отвес
С Сидерским занудствует Теун Марез:
Что нонче недешево, мол, обученье,
А маятник – Сила. А в Силе – Свеченье.
Что толку листать попсоватые книжки,
Ждет Киев- Спорт – Клаб.
                    НО!!!
ПОДМОЙТЕ ПОДМЫШКИ!!!
… А у Хозяина только под утро
Оттаяв, распуталась сампурна- мудра.
… В каморе Кикимора кормит украдкой
Кикиморыченыша краденой манкой.
Курлыкает лекарем перед калекой:
«Расти, вырастая в Астрало- Питека.
Что карма? – Морока, прокорма б урвать.
Хоть горсточку манки, и то – БЛАГОДАТЬ!»

— Бабушка Степанида Сарапульская поведала тебе, своему внуку, знания потомков. Тяжела ли ноша — ведать… как происходила передача?

…Боже, во Время Оно
Казалось Небо, родней и ближе.
Легионером…Нет. Не в Париже.
Всем так охота войти в анналы
Бессмертья. Силы. Оргазма…
Мало
Кто хочет. Может. И, просто,
Знает:
Таких, бывает, и убивают…

Болел в три годика гайморитом, нос слизь забила, дышать не мог. Бабушка ртом отсасала и выхаркнула всю гнойную массу. До этого она поела тюрю: черный хлеб, лук, соль. Пахла противновато. В глазах замелькали радужные всполохи. Подошло три существа, прям сквозь стенки комнаты проступили. Представились : « Чурило Пеньковиич, борода до колен, черная, как смоль. Михайло Потык, борода лопатою, сивая, как солома. Кудеяр Удалович, бороденка острая, клином, рыжая, шельмовская.» Спели про Разина и утес. В гости в терем позвали. Дядьками назвались. Во не обучали. Припевкам всяким и таким штукам, что во сне, вроде получаются, а проснешься – с большим трудом и только зубочистки порой взглядом двигаю.

— Уникальная практика, которую смогут повторить 2-3 человека в мире, да и то, если постараются, я так понимаю – сплав твоих уникальных качеств. Расскажи об этом подробнее…

Указательный и большой Пальцы
Привычно
Складываются
В мудру знания,
Эдакая «джняна-козюлина»

Лучше при встрече, вживую. Подоверительней будет.

Не всем дано бежать Подобно метеору. Кому-то только ржать, И то плетясь под гору. Кому-то только жрать, И то чужое сено, Не всем дано бежать Бок о бок со Вселенной. Вдогонку Смерть, и ты, Отбросив путы тела, Искр синие цветы Роняешь с гривы белой.

— Духовный экстрим Калабина – что под этим подразумевается? Противопоставляется ли это физическому экстриму? И карабкающийся на вершину Эвереста альпинист, совершает экстрим какого рода? Хотя бог с ним, альпинистом, что для тебя ценно…

Подари себе Самого себя: Золотой звезде Серебро дождя, Лунному цветку Солнца поцелуй. Крылья ветерку, Звону – струны струй. Сердцу – соловья, Песню – голове. Подари Себя Самому себе. Надо быть сильным: Взглядом стальным Смело смотреть вперед. Надо быть стойким, Тогда горький дым Не перекосит рот. В себя самого и свою Звезду Верить, вперед идти. Чудище повстречав на мосту, Не повернуть с Пути. К опасности –грудью, К другу – рукой, Прошлого не вернуть. Выйдя в завтрашний день, с собой Взять сердце, песню и Путь. Домов продолговатые полипы Фосфоресцируют неторопливо. Усталость, и сутулость, и согбенность Впитали тускло-пористые стены, И переваривают монотонно Одутловатые тельца планктона. Сквозь паутины вязких склизких мыслей Рванусь безумной яркой жгучей искрой. Будь прокляты приплюснутые крыши. К совездьям милым! Выше! Выше! ВЫШЕ!!!

— Кстати, вернемся к «козюлине»… когда появилась уверенность, что складывается личная система? Каковы ее особенности? Как удалось соединить несоединимое и сделать синтез Востока и Запада?

В переплетенье
Цепких кореньев,
В трещинках камня
Спряталась тайна.
Лишь одинокий способен любить.
Только голодный умеет творить.
Смехом набив вечно впалый живот,
В Божее Царство войдет Идиот.
И скрозь игольчатое ушко,
Пусть на верблюде, пущай и пешком,
С ветром курлыкая : «ТУ РУ РУ РУ !» -
Чтоб улыбнулся Ребенок в саду.

О какой тайне бытия ты узнал?

Своя-то моща –
Не в межбровье моча,
А нутром мыча, как пчелиный улей,
Пробуждаю нутряную силу,
Чтоб не в могилу
От наркоты – ломоты скопытиться,
А к звездам взвиться! И-и-и-х!

В землю войду родниковым ключом. Рыбка горит красноперым хвостом. Искрами мыслей к чешуйкам прильну. Молниеносно скользнем в глубину. Сквозь горловину подземной реки В озеро направляю гребки. Мгла обволакивает глубиной. Рыбка горит красноперой стрелой. Кожу ожогом свежует поток, Жемчуг чешуек кольчужкой облек. Глубже! К корням серогрудой горы. Путь золотые укажут бобры. Здесь в лабиренте подводных корней, Красных и черных, тьмой золоченых, В пасти сжимает жемчужину Змей, В пасти зубастой перл светоясный. В острой осоке змеиных зрачков Скрыты остроги коварных крючков. Выдохну Слово Дающее Власть. Приоткрывает зубастую пасть Змей, заплетаясь в узорный извив. Запоминаю огней перелив. Свет драгоценный в ладонях держа, Ввысь подымаюсь, тихонько кружа. Шарик жемчужный у сердца держа, Ввысь поднимусь, по спирали кружа. С ярко-сиреневым светом наверх Вынырну, солнца оранжевый смех Грудь наполняет бурлящим огнем. В белой Ладье по лазури плывем.

— Как ты делаешь это с собой? Как пробуждаешь силу…

Чая глоток.
Сна говорок.
Луч хоботочек
Бабочки ночи.

Голышом под одеялом плавимся в тумане алом. Пусть выстанывает флейта посвященную Минету Оду, между тем как губы туго ходят вдоль залупы. Словно фитилек огарка язычком взметнулся ярко, В черноту зрачков лучи погружая, хоть кричи, Хоть мычи, хоть корчись, дрожью исходи, ничто не сможет Выразить то сладострастье, урну черепа на части Раскрошившее корнями молний. Бешенное пламя В ореол лучистых звезд, куст небесно-синих роз Обернулось, полыхая. Бурно в рот тебе спускаю. Был до этого калекой, жгучего оргазма лекарь Брызнул эликсиром в мозг, и дракона гибкий хвост Склепа скорлупу взорвал, в небе крылья разметал, Распустился фейерверком. В губ пылающую дверку Прорываюсь струйкой белой, не:бо превращая в Небо.

— Раскусил ли ты, как кусочек сахара к чаю, смысл своего предназначения?

Древо Вечности Червями источено. Мне ли меч нести, Худосочному. Да кому же еще, Больше некому, Стали детки трущоб Все калеками. Я остался один, В поле воином. Поминальный ем блин, Гром да молнии Мне швырять не с руки, Да и не в кого. Обратились Враги человеками. Правда буквы меньшой В обыденщине. Уши мрут под лапшой, Вслед затрещине Дед Каюк с Теткой Амбой Пожалуют. Даже курочка Ряба Сбежала бы, Про яичко златое Запамятав. В заскорузлых ладонях – Проталинки. Не с битьем, али книжной Ученостью, Из-подволь, а не свыше, Во Вле Ченностью!

К тебе.
К коже прижавшись.
В ответ получить –
- от золотистой, пахнущей медом –
От потной кожи, получить
Хоть немного тепла.
Хоть малую толику…

— Долгой и трудной ли была дорога к любви?

Дорогое крепко ценим, Драгоценное – храним. Присягаем Авиценне И Мамоне – иже с ним. Нимб не давит, врос под кожу, И бревно не застит глаз. Что смущало помоложе, Попритерлось, без прикрас, Без восторженности. Тускло, Но привычно и тепло: Кадка с квашеной капустой И лазоревый Брюллов Вместо крышки. Мать Природа, Не буржуйский силикон. Море по колено, брода Нет как нет. Хоть Мендельсон Туш накладывает густо, С винной бочкой, бок о бок Кадку с квашеной капустой Укрывает погребок.

Подлетев, не зависла…На землю упав,
С металлическим бряцанием, пара монет,
«Пробренчала» про ночь, и про запахи трав,
И про дверь, за которой стрекочет рассвет.
Вдохновенный поэт, виртуозный гимнаст,
Воин духа, свободный художник…

Уточню, эти строки про Андрея Сидерского. Когда-то его личность меня очень вдохновляла на собственное исследование Ткани Бытия. Но, пообщавшись по электронке, понял, что Матегый Человечище страшно устал от поклонения жаждущих приобщиться и силиться забить, чтоб забыть. Или издевается, уже откровенно, над жадущей Просветлевания публикой, а они хватают, как голодные рыбешки, все, что ни закинет. Тот же маятник.

В деревню приехал цирк. Ведущий объявляет выступление Телепата. Выходит мужик в чалме и закутанный в плащ. Неожиданно распахивает плащ. Все в зале ахают: трусов нет, огромный член свешивается ниже колен. Телепат начинает им вращать по кругу, аки сидерическим маятником, приговаривая загробным голосом: «РАЗ! ДВА! ТРИ! ЧЕТЫРЕ! ПЯТЬ! Начинаю телепать!»

— Как родились альбомы с шаманско-заговорными текстами, декларируемыми образцами словесно-исцеляющего жанра?

Через очередные потрясения. Жизнь подкидывает на дорожку, что обойти не в силах, только крылья и переносят, родимые.

— Переживания о прошлой жизни в славянско-православном обличье, которые ты опубликовал в стихотворном автопортрете, единственные ли?

Их тьмы и тьмы, и тьмы. С раскосыми очами и не очень. А вообще-то я совсем не заморачиваюсь по этому вопросу. Ну, пришло, и что? Было, уплыло. Жить-то щас надо, и кушать порой хоцца. Особенно супружнице с детенышем. «Рабочие приемы» выуживаю, встраиваю в посюстороннюю ткань бытия. Помогает.

— Расскажи о твоих переживаниях русских корней, традиции которых воплотились в созерцательные техники на основе взаимодействия с древнерусскими коллективными универсалиями… Как тебе это удалось?

Дядьки помогли, спасибо за науку доморощенному зизитопу. Рассказать-то почему бы и нет. А оно поможет?

Сеть троп. Бег Бог. Здрав будь. Правь в глубь
Тьма. Свет. Мать Вед. Дева Древо.
Сва Сти. Ка Сил. Трав дар отвар.
Стиснул кость сну. Кус в горсть. Стук в горсть.
Лети. Ветви. Во внутрь нырнуть. Блик. Блеск. Искр треск.
Лес. Рысь. Перст ввысь. Пар: пасть. Влас : Власть.
Бур Бер. Грудь – дверь. Засов взмах сов. Луч чист, ключ – свист.
Ра яр. Пусть так. Пятак в ладонь. Брань – бронь. Вернусь, проснусь.

Это формула шаманского путешествия, карта маршрута, имена Покровителей. Исполняется под бубен, самолично сотворенный. Выглядит, как авангардные поиски, пока не заслышишь между строк Поступь Иномирья.

— Алтай выбран местом практики. Какие переживания связаны с этим пространством?

Вот такие: «УУУУУУУУУУУУУУУУХ ТЫ КРАСОТИЩЩЩЩАААААААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!»

Звезды близко, рядом, рукой подать: Только взобраться на гору. И, разбежавшись по радуге Босыми ногами, вприпрыжку, Легко: кувыркаться, смеяться, летать Искрящимся метеором. Будд замшелых порадовать, Придурковатым мальчишкой Приплясывая у ветра в ладонях. СЕБЕ СТАТЬ СВОБОДНЫМ ПОЗВОЛИТЬ.

«Выход на генетическую информацию, отстройка матрицы оптимального функционирования человеческого существа в жизни за пределами йоговской практики».

Разговорами Йогу не постичь. Как -то Сид советовал всем Адептам сНАчала пропотеть многанажды на йоговской подстилке, а потом, сквозь соль проступит силуэт ключей, коих под ковриком нет, и на коврике нет, а вот сквозь пот – нате пожалуйста, кушайте прасад! А мой пот был так горяч и едок, что разъел к чертям собачьим коврик, а под ним оказался люк, как в «Золотом ключике». С крысой Шушерой как-то по человечачьи удалось столковаться, кто на сером волке, а мы на крыске, к подземным и заземным жителям. Вообщем, всюду нам рады, чего и вам пожелаю. Не намек в сказках, а прямая Чапаевская зарука, а что сие словеса значат, так то ж бойцам-краснознаменцам виднее:

ЧЬИ ВЫ ХЛОПЦЫ БУДЕТЕ
КТО ВАС В БОЙ ВЕДЕТ
ПОД ТИБЕТСКИМ ЗНАМЕНЕМ
С ДИЛДОЮ ИДЕТ
ГОЛОВА ОТРУБЛЕНА
ОМ НА РУКАВЕ
СВЕТ БАГРЯНЫЙ СТЕЛЕТСЯ
ПО СЫРОЙ ТРОПЕ

КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА
КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА
КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА
ОМ А ХУМ ВАДЖРА ГУРУ ПАДМА СИДЫ ХУМ

КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА

МЫ СЫНЫ КРЕСТЬЯНСКИЕ
МЫ ЗА НОВЫЙ МИР
КРЕПКО ЛЮБИТ ДАКИНЮ
ЯРЫЙ КОМАНДИР
НОГИ КОРЕНАСТЫЕ
КРАСНОВЕРХИЙ УД
ДАКИНЯ ПРЕРАСНАЯ
ОБВИЛАСЬ ВОКРУГ

КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА
КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА
КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА
ОМ А ХУМ ВАДЖРА ГУРУ ПАДМА СИДЫ ХУМ

КРАСНЫЙ ЛУН ГАН ПА

— Татьяна Балуева, вопрос от меня (можно и не к интервью) Несколько раз я сталкивался с тем, что взрослые, состоявшие люди (мастер айкидо, один из интереснейших в России, художник; арт-терапевт, женщина-подвижник), ранее занимавшиеся йогой, негативно относятся к ней и к практикующим. Занятия хатха-йогой воспринимаются как соблазн. Скажи, чем это может быть вызвано? Если это так, то соблазн чего?

Само по себе понятие «соблазн» свидетельствует о внутренней ущербности того, кто разделяет явления, окружающие его на негативные и позитивные, на греховные и благодатные, на черное и белое. Тем более, женщина-подвижник. Мне, признаться уже не смешно встречать такое определение женщины с неустроенной личной жизнью, ветром в голове, зазомбированной превратно понятыми священными текстами различных традиций, изначально конфликтующих друг с другом на почве борьбы за адептов. И вся это псевдоэзотерическая белиберда бьет по некрепким мозгам, приводя к окончательной социальной и личностной депривации. Айкидо, на мой взгляд, и по мнению моих знакомых, увлеченно уже лет пятнадцать изучающих традиционные школы ушу, является коммерциализацией и профанацией недоучившегося практика японских единоборств, который был достаточно хитер и ловок, чтобы впарить свою тему америкосам, жадным до всего нового, и «духовного», по поводу любой, в том числе и арт-терапии, нужно заметить, что любые негативные проявления к тому, в чем нет желания долго разбираться, зачастую не имеют к самим явлениям прямого отношения, скорее, это что-то личное, связанное с областью болезненно раздутого самолюбия. Очень и очень часто, женщина, начитавшись теософии, христианских брошюрок, щедро раздаваемых на улице «сердобольными» сектантами, посетившая несколько буддийских ритритов, озлобленная на весь мужской род по причине собственной антисексуальности, берется судить и рядить, щедро навешивая ярлыки «соблазнов». Хороший анекдот: К батюшке после службы подходит молоденькая девчушка лет 18 в строгой черной одежде, в тугом платочке с аскетично-вымученным выражением лица. Спрашивает высоким духовным голосом: Как вы, батюшка, относитесь к такому-то уложению, принятом в таком-то году на таком-то вселенском соборе по поводу такой-то тонкости иконописного изображения такого-то образа Пречистой Девы. Священник некоторое время смотрит на нее, постепенно заливаясь краской, потом растопорщив бороду, громогласно ревет, размахивая рясой и топая ногами: СРОЧНО!!! ЗАМУЖ , ДУРА!!!

Мне очень близок дзен-буддизм, в котором практикуется безоценочное созерцание сути явлений. И йога не делится на хатха-йогу и прочие, существует на самых ранних ступенях, которые могут растянуться на десятки лет, а то и воплощений в этой реальности подобные разделения, касающиеся лишь методов достижения Состояния слияния с Первоосновой Бытия. Делай, что хочешь, разбирайся с последствиями своих поступков, получай уроки, извлекай опыт. Присутствуй в каждом миге своего бытия, не навешивая на окружающий тебя Мир умозренческих спекуляций, разработанных когда-то специально для того, чтобы власть придержащие спокойно доили власть неимущих, прикрываясь догматами главенствующего религиозного культа, щедро отстегивая его жрецам от поборов с общей паствы.

— Почему люди, находящиеся в христианской традиции, зачастую негативно относятся к практикующим хатха-йогу?

Христианская традиция не имеет отношения к Христу. Это социальное образования, произошедшее от апостола Павла. Речь стоит вести о том, что люди, зазомбированные негативной тоталитарной сектой, деструктивного характера, нашедшей мощнейшую поддержку на государственном уровне, пытаются нащупать сослепу инакомыслящих и выдавить им глаза, дабы не высовывались и шли, «куда следувает». Христос, исходя из Библии учил, что он есть Любовь. И вот, встречается с пока еще не Павлом, тот кто его ослепляет своим ярким светом. Нигде нет указания, что Христос кого ослеплял до этого. Торговцев из Храма выгнал, бесов изгнал, но увечить или калечить? Не было, не замечен в человеконенавистничестве. А вот Люцифер, падший ангел, «Сверкающий во тьме», добросердечием и человеколюбием не отличался, всегда был не прочь напакостить роду людскому. Сиянием ослепил тогда еще не Павла, а затем сделал свои ставленником, уничтожающим уже многие и многие столетия свободомыслие и любовь ко всему живому. Согласно Павлианству, нагло именующему себя «христианством», весь окружающий человека мир – юдоль скорби и греха, человек – червь перед Господом, чтобы с тобою не делали – терпи, правители, какими бы сволочами они не были – от бога, как испытания твоей «терпимости», в другой жизни воздастся, ты будешь в раю блаженствовать, созерцая Божий Свет, а все иноверцы – гореть в геене огненной, как и враги твои, коих при жизни прощал. Если ознакомиться с трудами современных психологов, таких как Роберт А. Уилсон «Методы воздействия на сознание в тоталитарных сектах», все так называемое «христианство», спонсируемое на государственном уровне, является мощнейшей тоталитарной сектой деструктивного, антигуманного толка, пропагандирующей неприятие всяческого инакомыслия и требующей от своих последователей не интереса к самопознанию, а слепой веры в свои догматы. Я всем сердцем принимаю и люблю Христа, как и других просветленных, пытавшихся облегчит жизнь человеческую и отказываю в праве дармоедам, быть посредниками между мной и Господом моим. Гениально воплотил образ Христа Владимир Набоков в своем стихотворении.

    На Голгофе

Восходит благовоние сырое
со дна долин, и в небе над холмом
на трех крестах во мгле белеют трое…
там женщина, в унынии немом,
на среднюю, на черную вершину
 глядит, глядит… Провидеть ей дано,
что в горький час ее земному сыну
всего живей воспомнилось одно…

Да, - с умиленьем сладостным и острым
(колени сжав, лицо склонив во мглу…),
Он вспомнил домик в переулке пестром,
И голубей, и стружки на полу.

              ***
Садом шел Христос с учениками…
Меж кустов, на солнечном песке,
Вытканном павлиньими глазками
Песий труп лежал невдалеке.

И резцы белели из-под черной
складки, и зловонным торжеством
смерти заглушен был ладан сладкий
теплых миртов, млеющих кругом.

Труп гниющий, трескаясь, раздулся,
полный склизких, слипшихся червей…
Иоанн, как дева, отвернулся,
сгорбленный поморщился Матфей…

Говорил апостолу апостол:
«Злой был пес, и смерть его нага,
мерзостна…»
           Христос же молвил просто:
«Зубы у него – как жемчуга…»

         Волчонок

Один, в рождественскую ночь, скулит
и ежится волчонок желтоглазый.
В седом лесу лиловый свет разлит,
      На пухлых елочках алмазы.

Мерцают звезды на ковре небес,
мерцая, ангелам щекочут пятки.
Взъерошенный волчонок ждет чудес,
       а лес  молчит, седой и гладкий.

Но ангелы в обителях своих
Все ходят и советуются тихо,
И вот  один  прикинулся из них
         Большой пушистою волчихой.
И к нежным волочащимся сосцам
зверек припал, пыхтя и жмурясь жадно.
Волчонку, елкам, звездным небесам –
        всем было  эту ночь отрадно.

Резюмируя все вышесказанное. Сам я живу согласно краеугольной заповеди Мистического Христианства: «Возлюби Бога всем сердцем, всем умом, всей душой, всей крепость своей». Лучшим Евангелием считаю Евангелие от Хорхеса Луиса Борхеса, величайшего провидца современности. По поводу павлиан, в гордыне неведения причисляющих себя к Христианам, ошибочно принимая свое формальное крещение и исполнение зомбирующих ритуалов за пропуск в рай, а телесную хилость и духовную дистрофию за приобщенность к Высшему смыслу: «3. Горе нищему духом, ибо под землей пребудет то, что ныне попирает ее. 6. Мало быть последним, чтобы стать когда-нибудь первым. 9. Благословенны кроткие, ибо не опускаются они до распрей и раздоров. 48. Счастливы сильные духом, без страха выбирающие путь, без страха принимающие славу. 50. Счастливы любящие и любимые и те, кто может обойтись без любви. 51. Счастливы счастливые.»

Мне противно, когда человек, не разобравшись в сути явления, каждодневно называя себя рабом божиим, червем перед Господом своим, сосудом мерзости и греха, собственно программируя себя на все вышеперечисленное и закрепляя все это в физическом теле путем исполнения предписываемых каждодневных ритуалов, в отношении инакомыслящих махом забывает про незлобивость и смирение, формально декларируемые его конфессией и начинает источать злобу и агрессию. Мне нечем таким помочь. Слава Богу, не все павлиане безнадежны. И, даже навешивая на свою шею орудие мучительной смерти Христа, распятие( это все равно что ветерану отечественной войны ко дню победы презентовать изящную ювелирную виселицу с изогнувшейся в мучительной судороге Зоей Космодемьянской), человек способен воспринимать чужой мистический опыт с пониманием. Для таких людей скажу, что я временами беседую с Иешуа из Назарета. Канал общения с Ним у меня открылся при медитации на «Сердце Исусово» и декламации строк Николая Гумилева: «Предо мной предстанет, мне неведом Путник, скрыв лицо, но все пойму…». Я люблю, словно родного брата этого Человека.

Дорог Город Ироду, а Иродиаде
Дорог оголтелый грай воронов во рву
С томною улыбкою думаю об Аде:
Нахрена Престлый Рай,
Все равно помру.
Не грози ты мне, Пророк
Жаркой сковородкою
Вервием да вертелом,
Смоляным котлом:
Лучше в Пекле без порток
Угорать с чертовкою,
Чем дрочить моленьями
Боженькин Престол.
Ах, Иродиадочка! Распотешь-ка батюшку,
Попляши, хорошая, и что хошь проси!
Головенка Ванькина бельмоглазым катышком
К ножкам сладким катится. Господи спаси!
Наливное яблочко, яблочко кровавое,
Ты катись по блюдечку, и поведай мне
Как причислен Ванечка к сонму Светлых Ангелов,
Боженькой, с надкушенным яблочком в руке.
Яр-Йога Владимира Калабина © 2017 All Rights Reserved